Новгородцы вернулись из велопутешествия по берегам Байкала

Шальная идея совершить байкальский велотрип пришла двум новгородцам Артуру Осипову и Олегу Шишкунову ещё прошлой осенью. К Новому году команда поверила в свои силы, а в середине апреля окончательно утвердила маршрут путешествия.

Шальная идея совершить байкальский велотрип пришла двум новгородцам Артуру Осипову и Олегу Шишкунову ещё прошлой осенью. К Новому году команда поверила в свои силы, а в середине апреля окончательно утвердила маршрут путешествия.

Путешественники Артур Осипов и Олег Шишкунов на Байкале
Путешественники Артур Осипов и Олег Шишкунов на Байкале

До Иркутска друзья добирались на поезде. Велостарт кампании был дан 13 июня, а 7 июля там же, в Иркутске, путешественники успешно финишировали, оставив за плечами полторы тысячи километров дорог и бездорожий.

Искатели приключений рассказали «НВ», зачем катались на велосипеде по шпалам, для чего избегали местных жителей и медведей и почему Байкал всё же не озеро, а море.

Звездное небо над Байкалом. Остров Ольхон
Звездное небо над Байкалом. Остров Ольхон

— До намеченного старта опыт серьёзных велопутешествий у вас уже был?

Олег: — Вообще никогда не путешествовал на велосипеде, хотя изначально идею поездки предложил именно я. Правда, вначале хотел автостопом доехать до Байкала, там искупаться и двинуть обратно. Но потом посмотрел чужие отчёты и понял, что ничего интересного из такой поездки — кроме видов дороги — не привезёшь. Решили рискнуть и сесть на велосипеды.

Артур: — Мы проработали несколько маршрутов — предполагали, что к нам примкнут и другие велосипедисты. Но никто больше не рискнул. Мне в пути было проще, я ездил в Минск, к Черному морю, объезжал вокруг Ильменя. Но движения по таким дорогам что-то не припомню.

Дождливое утро на песчаном берегу. Баргузинский залив, Забайкальский национальный парк
Дождливое утро на песчаном берегу. Баргузинский залив, Забайкальский национальный парк

— Таким — в смысле, плохим?

Олег: — В Иркутской области и Бурятии дороги хорошие — то ли свежие, то ли лучше хранятся, то ли меньше используются. Там же гористая местность, а не болота. К тому же мало фур.

Артур: — Но я не про качество, а как раз про горки — сумасшедшие затяжные подъёмы, которые быстро забивают мышцы. В Новгородской области такого нет в принципе.

Олег: — И это не самое страшное. В первый же день пути мы планировали проехать около 80 километров и сесть на паром через Ангару. Но на последний рейс не успели, заночевали рядом. Переправились уже утром, тогда же и узнали, что поезд, который нам нужен, идущий по Кругобайкальской железной дороге, появится на станции только через ночь. Пришлось ехать на велосипеде прямо по железной дороге — по шпалам и камням. Это очень тяжело — руки отбиваются влёт. К тому же у нас были жёсткие велосипеды плюс неправильная развесовка — из-за рюкзаков велосипед вилял. Там же у Артура случилась первая поломка — багажник. Кое-как его починили.

Пик Аршан в закатном солнце. Тункинский национальный парк
Пик Аршан в закатном солнце. Тункинский национальный парк

Артур: — Поэтому вначале мне совсем не понравилось путешествие, я расстраивался. А железная дорога в какой-то момент просто взбесила. Думал, выплюну все органы — невозможная тряска. После такого, выезжая на грунтовку, я чувствовал себя просто королём.

Олег: — За полтора дня мы таким образом проехали около 35 километров и решили, что лучше всё же остановиться на станции и ждать поезд. Были и другие неприятности: как-то, когда шли по маршруту, заехали на горячие источники, там у меня приключилось серьёзное падение. Пришлось ждать маршрутку, ехать в населённый пункт, обращаться к врачам. Но всё равно это мелочи. Постепенно путешествие вошло в нужную колею, и настроение тоже.

Вид на остров Ольхон с воды
Вид на остров Ольхон с воды

— Красоты Байкала — это такое общее место, о котором нельзя не поговорить. Вас зацепило?

Артур: — Байкал действительно чувствуешь уже за несколько километров до берега. К примеру, из Иркутска мы выехали — на градуснике было + 31, а у озера — не больше двадцати и холодный ветер, как у нас осенью. Так что, приближаясь к озеру, мы всегда ощущали его ледяное дыхание.

Олег: — Тем более что куртки свои забыли в Иркутске — в первый же день. И вспомнили об этом уже вечером — решили не возвращаться.

Мыс Бурхан на закате. Остров Ольхон
Мыс Бурхан на закате. Остров Ольхон

Артур: — Вода в озере была не больше +10 градусов. В заливах и бухточках, конечно, теплее.

Олег: — Всем этим проникаешься как-то постепенно: чем дальше, тем интереснее. Южная сторона Байкала, на мой вкус, — ничего фантастического. Но один из участков нашего путешествия проходил по туристическому маршруту — сорок туннелей в скалах. При этом мало народу — человек десять всего встретили, потому что рановато ещё, не сезон. Некоторые туннели такие длинные, что приходилось включать фонарики — не видно конца. Но мгла настолько глубокая, что света не хватает — только пятнышко под ногами. Ближе к концу путешествия в Национальном парке народу не было вовсе, зато скалы врезаются в воду, где-то водопады — очень красиво. Прелесть Байкала в том, что он хорош всегда. Я в этом почти уверен. Теперь хочется посмотреть на него осенью или зимой — не на велосипедах, конечно. В каждое время года море выглядит иначе.

Артур: — Ты в который раз ошибаешься или намеренно его морем называешь?

Олег: — Все местные называют его морем, потому что на озеро он не похож.

Олег Шишкунов

— Классика жанра: двое долгое время находятся в состоянии повышенной напряжённости, начинают конфликтовать. Вы с этим сталкивались?

Олег: — Я опасался, что могут возникнуть конфликты, да и бывалые путешественники говорили об этом. Но у нас всё прошло отлично. Истории вроде «кашу солить-не солить» — не в счёт. Я тщательно планировал маршрут до поездки. Артур лучше показал себя во время похода — у него опыта больше.

Артур: — Ну, вообще я могу доставать: иногда торопил, зудел. Были трудности. У Олега рюкзак меньше. Ему приходилось аккуратнее собираться, экономить пространство.

— Отказ от цивилизации, все эти палатки, спальники, костры — тяжело дались? Или вы за этим как раз и ехали?

Олег: — Готовясь путешествовать, мы как раз полностью ориентировались на палатки. За всё время похода всего дважды ночевали под крышей — в Иркутске и Улан-Удэ, пыльном, непонятном городе. Вообще, у меня есть небольшие проблемы со спиной — так вот, через две недели жизни в походных условиях я о них забыл.

Артур: — Мы вообще научились присматриваться к местности, понимать природу. По берегам Байкала мало древесины, а нам она нужна для костра. Так и искали места для ночёвок: если людей нет — значит, древесины много. Радость! Поначалу мы мало ели — сверялись с планом, где всё расписано по калориям: две конфетки, три черносливины, а потом стали всё чаще заходить в магазины за «вкусным». Оказалось, это вообще не проблема.

Байкал 2014

— Всё-таки путешествовали одни в лесу. Страшно?

Олег: — Конечно, были и страхи. Я больше всего боялся медведей и клещей. Местные предупреждали нас об этом абсолютно серьёзно. С другой стороны, сами же местные не рекомендовали останавливаться вблизи населённых пунктов, чтобы не искушать народ. И всё же как-то раз ночью рядом с нашим лагерем ходили местные жители, чего хотели — непонятно. Мы несколько раз выходили из палаток, осматривались, а потом решили, что судьбу не стоит испытывать, отъехали на пару километров и снова стали лагерем. С молодёжью не общались — очень много пьют.

— Настолько, что вам это показалось отличительной чертой?

Артур: — Да, страсть к алкоголю у людей редкая. И это, пожалуй, одно из неприятных впечатлений от поездки. Такое ощущение, что люди в принципе не понимают, как человек может не пить. Нам много раз предлагали пиво или самогон, когда мы отказывались, у местных глаза как будто трезвеют: «У-у, ребята…». Девчонка-практикантка из института в одной из рыбацких деревень сказала, что это здесь — норма. Да и вообще, после путешествия у меня сложилось впечатление, что наше жизнеощущение до них как будто ещё не дошло. В бурятских деревнях люди всё ещё не осознали, что в сельском хозяйстве сложно заработать. В моей родной Коростыни у местных сейчас осталось с десяток коров, а раньше было два колхоза. А в Бурятии до сих пор гуляют стада.

Олег: — Ну ведь это же хорошо! Нельзя же всех скопом загонять в супермаркеты?

Байкал 2014

— Что-то я так и не поняла, там пьянство и разруха или подъем сельского хозяйства?

Олег: — Да как сказать, самим трудно… Перед путешествием я читал книгу, написанную двумя парнями, — они 73 дня путешествовали вокруг Байкала в конце девяностых. Одну из рыбацких деревенек описывают как несколько обветшалых домов. Сейчас на этом месте стоит элитный коттеджный посёлок.

Артур: — По-моему, там всё ещё 90-е годы. Видел, как предприниматель на «Ленд Крузере» объезжал торговые точки — собирал выручку. У меня сложилось ощущение, что там социальное расслоение выше, чем у нас.

Артур Осипов

— К путешествию вы готовились публично — создали сообщество в Сети, по ходу рассказывали о том, как идёт процесс. Каким будет итог?

Олег: — Одна из целей моего путешествия — фотография, съёмка живой природы. Этим же я занимаюсь и в Великом Новгороде. Мы хотим сделать выставку — фотографий у каждого предостаточно, материала набрали много.

Артур: — Тем более что и видео снимали тоже. Может быть, сделаем небольшой документальный фильм. Конечно, напишем свои отчёты для тех, кто, возможно, захочет совершить аналогичное путешествие.

— А таких много?

Артур: — Если порыться в Интернете, то источников можно найти десятки. Из них складывается довольно полная картина. И каждый прибавляет к ней что-то новое, своё. Мы вот тоже немало уникальных мест повидали. Делиться впечатлениями будем с удовольствием.

Мария Клапатнюк, «Новгородские ведомости»
Интервью полностью: Туда и обратно.