Цены на черешню, вишню и абрикосы могут вырасти из-за паводков в Дагестане
Стихия прошлась по садам и сельхозугодьям — ущерб от нее только предстоит оценить
Масштабная борьба с последствиями паводков и грязевых селей продолжается в Дагестане: подтопленными остаются порядка тысячи домов, автодороги и сельскохозяйственные угодья. О причинах чрезвычайной ситуации и о том, как она повлияет на экономику региона и внутрироссийский рынок, рассказывает «Парламентская газета».
Человеческий фактор и специфика географии
Напомним, мощные ливни, вызвавшие сели и камнепады, накрыли Дагестан ещё в конце марта. По сообщениям местного управления МЧС, на территории региона подтопленными оказались порядка тысячи частных домов, не менее 42 участков автодорог. В Махачкале из-за паводка разрушился многоэтажный жилой дом, а в Дербенте прорвало Геджухское водохранилище. Людей массово эвакуируют из пострадавших районов: всего планируется вывезти в безопасную зону 4165 человек, в том числе 823 ребёнка.
Как пояснил в разговоре с «Парламентской газетой» профессор факультета городского и регионального развития Высшей школы экономики Сергей Сиваев, к трагедии привело сочетание целого ряда факторов: непродуманной градостроительной политики местных властей, специфической горной географии и непредсказуемых погодных изменений.
«Если говорить о человеческом факторе, то ни для кого не секрет, что в последние несколько лет в Дагестане велось интенсивное жилищное строительство, причём очень часто не узаконенное, не обеспеченное необходимыми документами городского планирования, — пояснил эксперт. — Конечно, никакие гидрологические требования тоже не выполнялись: естественные водостоки оказались перекрыты, ливневой канализации зачастую не было вовсе, и так далее. Все это накопительным эффектом и привело к той ситуации, которую мы наблюдаем сейчас».
Другой момент — повышение интенсивности ливневых осадков. Оно, по словам Сергея Сиваева, тоже наверняка произошло не за один год. Осадки постепенно нарастали в силу изменений климата и погодных условий — однако на эту тревожную динамику тоже никто вовремя внимания не обратил.
«В целом проблема отвода поверхностных стоков с городских территорий очень серьёзная и распространённая, она касается не только Дагестана, — подчеркнул собеседник издания. — Потому что так сложилось, что ливневая инфраструктура у нас — это „падчерица“ городского хозяйства. И можно предположить, что риски повторения ситуации в Дагестане в том или ином виде есть и в других регионах. В основном в местах со сложным рельефом, где есть перепады высоты, и потенциальная энергия водных потоков усиливается по мере повышения их скорости. Также есть опасность в низинных территориях, где интенсивные осадки грозят разливами рек».
Как бы то ни было, заключил Сергей Сиваев, восстановление разрушенной инфраструктуры и жилых домов в Дагестане потребует огромного количества времени, сил и финансовых вложений — скорее всего это вопрос не одного года.
«Большая трагедия для сельского хозяйства»
Впрочем, затопление городов и посёлков — это лишь половина беды. Как сообщают с мест, серьёзный удар стихия нанесла по сельхозугодьям. Особо тяжёлый урон понесли сады и ягодные плантации, которые не просто затопило, но и занесло сверху илом. Для понимания масштабов — по данным пресс-службы правительства республики, только в одном селе Новый Цилитль Хасавюртского района пострадавшими из-за паводка признали 120 из 156 хозяйств.
«Конечно, случившееся — большая трагедия не только для людей, но и для всей сельскохозяйственной отрасли, — подчеркнул в разговоре с „Парламентской газетой“ независимый аграрный эксперт Александр Корбут. — Масштаб ущерба ещё только предстоит оценить, но уже сейчас можно предполагать, что сильнее всего пострадают сады, где выращивают косточковые культуры — вишню, абрикосы, черешню и другие».
По словам Александра Корбута, сейчас косточковые деревья как раз находятся в стадии цветения. Так что главный вопрос — пострадали ли завязи на месте будущих плодов.
«Как бы то ни было, Дагестан занимает существенную долю в производстве косточковых в масштабах всей России, — отметил эксперт. — Но я бы не стал говорить о возможном дефиците, поскольку Россия активно импортирует косточковые плоды из других стран. В прошлом году, например, мы произвели у себя 460 тысяч тонн и примерно столько же завезли из-за рубежа. Этот импорт позволит перекрыть возможные потери на местах».
Другое дело — цены. Они, по словам Александра Корбута, неминуемо вырастут.
«В первую очередь это будет психологический рост, потому что для дагестанских аграриев принципиально важно, чтобы будущий урожай окупил их затраты — в том числе непредвиденные, — уточнил собеседник издания. — Но объёмы импорта — а он вовсе не обязательно будет дорогим, поскольку рубль сейчас крепкий, — а также поставки из других южных регионов, не пострадавших от стихии, позволят этот рост сдержать. Я думаю, речь будет идти о повышении на 10-15 процентов».
